Массовые ущемления прав человека по этническому признаку начались
со времен Сапармурада Ниязова и продолжаются под правлением нового президента Гурбангулы Бердымухамедова, вопреки разным демократическим лозунгам, которыми были так богаты его предвыборные послания. И в этих эпистолах он дал понять, что творимые им дела, это и есть та самая демократия.

Для обеспечения легитимности туркменские власти просто дали шанс народу кивнуть головой и сказать «ДА». Дальше все пошло по отработанной схеме.
В устроенном шоу под названием «Демократические выборы» самой большой загадкой был вопрос о том, сколько процентов наберет президент – 90 или все 100 %. Попытка властей создать видимость демократических преобразований при помощи псевдоконкурентных выборов удалась. Однако, в политической системе страны ничего по сути не изменилось.

Разница между режимами Ниязова и Бердымухаммедова заключается в одном – следующее поколение политиков, декларируя приверженность к демократическим ценностям, старательно скрывает ликвидацию нетуркменских диаспор, невзирая
на общие исторические и культурные корни. В речах президента, государственных руководителей, из уст министров и хякимов звучат высокопарные слова о всеобщем равенстве и братстве народов. На деле же политика дискриминации приобретает черты геноцида. Да, именно геноцида, а как иначе назвать целенаправленное стремление властей по усложнению жизни граждан собственной страны,
не принадлежащих к титульной нации. Этнические меньшинства в Туркменистане регулярно подвергаются дискриминации в школах, средних и высших образовательных учреждениях, государственных органах. Руководители всех уровней требуют, чтобы сотрудницы всех национальностей приходили на работу
в туркменских платьях, иначе они попадут в списки сокращаемых.

Плачевную ситуацию можно наблюдать и в сфере образования. Студенты-нетуркмены оказались в безвыходном положении по причине перехода всех ВУЗов страны исключительно на государственный язык, при этом в государстве
не признаются дипломы ВУЗов других стран. Все высшие учебные заведения страны действуют по негласной инструкции о том, чтобы принимать на учебу только туркмен. А единичные представители русской, узбекской, казахской и иных диаспор для поступления в ВУЗы «доплачивают» за свою национальную принадлежность.

Особенно властей раздражают русские, абсолютно законно получившие паспорта граждан России. По этой причине их заставляют «явится с повинной», сдать российский паспорт и получить новый туркменский, который будет введен
в действие в 2013 году. С этого времени авиабилеты на международные рейсы будут реализовываться только по паспорту нового образца. По законодательству для того чтобы получить такой паспорт у гражданина не должно быть другого гражданства. Вследствие этого русские, получившие гражданство России, окажутся в «не своей тарелке».

Для властных структур не существует такого понятия как «права человека».
А, среднестатистический чиновник, в первую очередь, заинтересован сохранить свое теплое местечко. Именно поэтому органы правопорядка зачастую игнорируют обращения лиц других национальностей, оставляя их без внимания. При возникновении споров они обращают внимание на принадлежность к туркменской нации.

Эти «драконовские» действия властей часто приводят к трагедиям. К примеру, в декабре прошлого года в Давлатлинском этрапе Лебапского велаята
от многочисленных побоев скончался Рашид Атаханов, этнический узбек. По словам отца потерпевшего, семья Атахановых не раз обращалась в полицию из-за поступающих угроз в адрес сына. Но полиция этрапа до сих пор не предпринимает мер по задержанию виновников, даже после смерти Рашида.

Стремление властей искоренить представителей нацменьшинств в купе
с безнаказанными издевательствами правоохранительных и госструктур, несоблюдение элементарных правил приличия с их стороны создает почву
для межэтнических противоречий и конфликтов. Если Г.Бердымухаммедов и далее хочет сохранить стабильность в стране он обязан всесторонне взвесить и сбалансировать политику, нацеленную на пресечение случаев ущемления прав нацменьшинств блюстителями порядка. В противном случае у сказки под названием «Эпоха великого могущества и счастья» может быть совсем неожиданный конец…

Нурмурад Ниязмурадов

Источник – ЦентрАзия

Тонер отметил, что Аманклычев и Хаджиев оказались в тюрьме после того, как приняли участие в подготовке фильма, в котором содержалась критика в адрес тогдашнего президента Туркмении Сапармурата Ниязова.

Заявление представителя Госдепартамента было сделано в преддверии Всемирного дня свободы печати, который отмечается 3 мая.

Аннагурбан Аманклычев и Сапардурды Хаджиев, как отмечает «Радио Азаттык», были членами Туркменского Хельсинкского фонда, базирующегося в Болгарии. Они собирали информацию о ситуации с правами человека в Туркмении и передавали ее зарубежным СМИ. В июне 2006 года их арестовали, вместе с ними была арестована корреспондент радио «Свобода» Огульсапар Мурадова.

Арестованных обвинили в подрывной деятельности. Аманклычев и Хаджиев получили по семь лет тюрьмы, Мурадова была приговорена к шести годам лишения свободы.

По данным правозащитников, все трое в тюрьме подвергались пыткам. Вскоре после того, как был вынесен приговор, Мурадова скончалась. Сообщалось, что на ее теле были обнаружены следы побоев.

Источник: Международное информационное агентство «Фергана»

Надежды туркменистанцев как внутри страны, так и за рубежом на то, что 2012 год
станет годом серьезных реформ и началом нормальной человеческой жизни, к сожалению, полностью провалились.
Во – первых громогласные заявления Г.Бердымухаммедова о том, что он обеспечит
открытые, честные и прозрачные выборы с участием реальной оппозиции, находящейся
за пределами Туркменистана оказались полностью блефом.
Вместо открытости и честности туркменистанцы на период подготовки и проведения выборов получили наглухо закрытую границу, повальный контроль со стороны спецслужб и профилактические репрессии к «неблагонадежным».Обычно такие меры сопровождают гос. перевороты, что и произошло на самом деле в очередной раз.
Сами выборы оказались плохо организованным спектаклем с «победой» кандидата
Г.Бердымухаммедова с 97,14 процентов.
Другим многообещающим и широко разрекламированным проектом, который должен был подтвердить наличие намерения у правящего режима, начать проводить преобразования стало принятие закона «О политических партиях»
Однако, принятие 13января т. г. этого закона и последовавшие за ним попытки обсуждения его применения показали, что проект данного документа представители режима, откуда – то слепо переписали даже не вникая в суть написанного. Поэтому обсуждение возможности создания новых партий выявило, что их видение и желание в этой области далеки не только от общепринятых норм парт строительства, но и прямо противоречат только что принятому ими закону.
Таким образом, создавая для внешнего потребления видимость готовности к преобразованиям на деле режим демонстрирует враждебность к любым демократическим преобразованиям, ежедневно нарушаются права людей во всех сферах человеческой жизнедеятельности. В стране свирепствует нищета, массовая безработица, наркомания,
влачат жалкое существование и носят формальный характер – образование, здравоохранение, экология. наука и другие жизненно важные отрасли.
В то же время, в стране строятся многочисленные дорогостоящие представительские и административные здания, массово закупается роскошь.
Именно учитывая вышеизложенные факторы в последние годы, международные правозащитные организации относят Ашхабадский режим в тройку наиболее реп-
репрессивных режимов в мире.
К сожалению одной из основных причин такого положения в Туркменистане на наш взгляд является то, что США, и ЕС позицирующие себя проводниками демократических ценностей во всем мире в случае оценки преступных действий Ашхабадского режима уже долгие годы проявляют пренебрежение к трагическому положению народа Туркменистана и к призывам правозащитных организаций помочь им.
Отсутствие каких-либо реальных требований по изменению проводимой политики,
постоянные «деловые» встречи руководителей западных стран с Г. Бердымухаммедовым и другими наиболее одиозными представителями Ашхабадского режима являются тем стимулятором, который позволяет им продолжать проводить свою человеконенавистную политику.
Надеемся руководители США и ЕС осознают, что такое открытое проведение политики
двойных стандартов наносит серьезный ущерб имиджу их стран и дискредитирует искренность их намерений по продвижению демократических ценностей.

Исполнительный комитет
Общественно-политического движения «Ватан»

Международные партнеры Туркменистана, в том числе Евросоюз и США, должны использовать заключение комитета как повод, чтобы вернуться к активному правозащитному диалогу с Ашхабадом, и сделать выполнение туркменской стороной рекомендаций ООН ключевым пунктом двусторонней повестки, считают правозащитные группы.

«Заключение Комитета по правам человека не оставляет сомнений в необходимости срочных реформ в этой области в Туркменистане, — считает директор Human Rights Watch по правозащитному лоббированию в Европе и Центральной Азии Вероника Сзенте Голдстон. – Главное теперь – добиться принятия правительством Туркменистана необходимых мер».

Учитывая исключительно негативный опыт сотрудничества Туркменистана с правозащитными органами системы ООН, для обеспечения выполнения последних рекомендаций требуется последовательное внешнее давление, указывают правозащитные группы.

В марте Комитет ООН по правам человека в составе 18-ти независимых экспертов рассматривал доклад Туркменистана о выполнении этой страной Международного пакта о гражданских и политических правах. Туркменистан является участником этого пакта с 1997 года, однако первоначальный доклад был представлен в комитет только в 2010 году. Его рассмотрение позволило комитету впервые высказаться по общей ситуации с правами и свободами в этой стране.

В числе главных проблем, вызывающих обеспокоенность, комитет назвал ущемление свободы выражения мнений, подавление гражданской активности, пытки и недозволенное обращение в местах содержания под стражей, отсутствие независимости судебной системы. Правительству Туркменистана предложено в течение года отчитаться о принятых мерах по этим направлениям.

источник:http://www.rosbalt.ru

Турне министра иностранных дел со 2 по 6 апреля включает Ереван, Баку, Бишкек и Астану. Анонсировано, что в Ереване и Баку Сергей Лавров обсудит проблему Карабаха и правовой статус Каспийского моря, а в Бишкеке — проблемы участия Киргизии в ЕврАзЭС, ШОС и ОДКБ. Завершится поездка 6 апреля в Астане на саммите ОДКБ. Там речь пойдет о принципиальных позициях государств-членов по глобальным и региональным проблемам и о союзнической солидарности перед лицом внешних угроз. Также в повестку дня форума в Астане включены вопросы о взаимодействии постоянных представителей государств-членов ОДКБ при международных организациях и подписание меморандума о взаимопонимании между секретариатом ОДКБ и департаментом операций ООН по поддержанию мира.

Формально визиты в Армению, Азербайджан и Киргизию приурочены к двадцатилетию установления дипотношений с этими странами. Однако несложно заметить, что маршрут пролегает вдоль путей транзита азиатских углеводородов на Запад в обход России. Он стартует из Закавказья, где с Москвой уже мало считаются, и заканчивается в Средней Азии, где РФ все еще может рассчитывать на убывающее внимание к своим потребностям – плохо понятым и неясно артикулированным.

Первым пунктом поездки Сергея Лаврова стал Ереван. Статус Армении как единственного союзника России в Закавказье, ее полная блокада со стороны Турции и Азербайджана, критическая зависимость от РФ, наличие единственной в регионе российской военной базы и хорошие отношения Армении с Ираном – все это позволяет главе российской дипломатии чувствовать себя в Ереване уверенно. Неудивительно, что именно оттуда Лавров в очередной раз заявил о неприемлемости строительства Транскаспийского газопровода и обвинил ЕС в попытках расколоть сообщество прикаспийских стран. Однако единства между ними никогда не было.

Напомним, что по сей день газ из Средней Азии поступает на Запад исключительно по территории России. Проект Транскаспийского газопровода (ТКГ) предполагает перекачку туркменского газа по дну Каспия в Азербайджан и его транзит через Грузию в Турцию и ЕС. Большие надежды на этот проект возлагает и Украина, рискующая вскоре потерять ресурсы транзитного влияния на «Газпром». Россия и Иран выступают против газопровода и не хотят пускать на Каспий силы сторонних государств. Туркмения и Азербайджан, напротив, заинтересованы в трубе и настаивают на разделе Каспия с образованием нейтральный вод, куда может заходить кто угодно. Казахстан, несмотря на членство в ОДКБ и Таможенном союзе, так и не озвучил свою позицию.

12 сентября прошлого года Совет министров ЕС без согласования с Россией одобрил мандат Еврокомиссии на право вести переговоры с Туркменией и Азербайджаном о газопроводе. Заявление об этом со стороны еврокомиссара по энергетике Гюнтера Эттингера прозвучало в грубой и оскорбительной для Москвы форме. 2 апреля перед визитом Сергея Лаврова Азербайджан фактически впервые официально поддержал идею строительства ТКГ. «Транскаспийский газопровод — крупный проект, и Азербайджан заинтересован в его реализации», — заявил министр промышленности и энергетики страны Натиг Алиев. По его словам, данный проект позволит Азербайджану превратиться из страны-производителя газа в страну-транзитера. Туркмения также продолжает переговоры с ЕС по Транскаспийскому газопроводу, демонстрируя уверенность в том, что он будет построен.

Мало того, появляется все больше свидетельств, что Азербайджан готов предоставить США и Израилю плацдарм для нападения на Иран в обмен на поставки новейших систем вооружений и, возможно, на присоединение части северных земель Ирана в процессе его раздела. В минувшую среду статья об этом была опубликована в электронной версии Foreign Policy — одного из двух самых влиятельных вашингтонских внешнеполитических журналов. Ссылаясь на неназванных высокопоставленных представителей администрации Обамы и сотрудников американской разведки, автор писал, что, «согласно выводам США, Израилю недавно был предоставлен доступ к воздушным базам близ северной границы Ирана». Госдепартамент заявил, что не имеет информации на этот счет, что можно трактовать по-разному.

Высокопоставленные противники удара по Ирану, включая Сергея Лаврова, говорят, что локальной эта война не будет, но редко объясняют, почему. Возможное участие в ней Азербайджана помогает ответить на этот вопрос. Если Баку под шумок иранской кампании решит использовать израильское оружие для удара по Карабаху — стоит ожидать молниеносного признания НКР со стороны Армении и мобилизации ее войск на защиту непризнанной республики. А поскольку Армения является членом ОДКБ, велика вероятность, что Россия придет ей на помощь, прорубив через Грузию коридор к своей базе в Гюмри (об этом открыто говорят в Москве и Тбилиси). В этой ситуации на стороне Азербайджана гарантированно выступит Грузия и, пока неясно, в какой форме – Турция. Таким образом, большая война с участием всего Кавказа и России в случае удара по Ирану весьма вероятна.

Все это делает Баку фокусом глобальной напряженности и главной точкой в турне Сергея Лаврова. Вряд ли случайно за день до его визита – и в тот же день – в столицу Азербайджана прибыли помощник госсекретаря США по дипломатической безопасности Эрик Босуэлл, комиссар по расширению ЕС и политике соседства Штефан Фюле, а также главы МИД Литвы и Финляндии. Кроме того, в эти же дни Баку посещает Николай Азаров – премьер-министр Украины, о чьем интересе к ТКГ шла речь выше.

На момент написания этой статьи в открытых источниках не было свидетельств, что Лавров отговаривает Азербайджан от участия в американо-израильской военной операции. Однако косвенные шаги в этом направлении министр предпринял – призвал ускорить переговоры по Карабаху, заявил о неприемлемости там «ливийского сценария» и снова предложил США совместно использовать Габалинскую РЛС, за аренду которой Баку недавно затребовал от Москвы аж $300 млн в год. Пока, насколько можно судить, вокруг объекта идет торг.

Задачи визитов Сергея Лаврова в Бишкек и Астану на этом фоне несколько блекнут, однако они тоже очень важны. В первую очередь, это стремление прервать череду внешнеполитических провалов Кремля в Средней Азии и остановить падение влияния России на юге бывшего СССР.

После угроз нового президента Киргизии вывести оттуда российские военные объекты и передать инвестконтракты третьим странам стало ясно, что Алмазбек Атамбаев – ничуть не более пророссийский лидер, чем его опальный предшественник. Правительство Киргизии включило в список приоритетных задач присоединение страны к транспортному коридору TRACECA (конкурент Транссиба) и смягчает свою риторику по поводу вывода американской авиабазы в 2014 году. Это и многое другое ставит под вопрос принятие Киргизии в интеграционные объединения Москвы с предоставлением экономических льгот.

Казахстан, как отмечалось выше, так и не определился в вопросах Транскаспийского газопровода и статуса Каспия. Кроме того, давно назрела необходимость реформы механизма принятия решений в ОДКБ. Сегодня принцип полного консенсуса всех членов мешает этой организации прийти на помощь каждому из них в случае внешней угрозы. Белоруссия и Россия настаивают на принципе простого большинства, но далеко факт, что тот же Казахстан с этим согласится.

Политику России в регионе надо менять, потому что провалов во всех сферах становится все больше, считает руководитель Отдела Средней Азии и Казахстана в Институте старн СНГ Андрей Грозин. По его словам, за медведевские 4 года российское влияние особенно сильно просело. Но как ее собственно менять, эту политику?

Безусловно, памятное выступление Дмитрия Медведева перед послами РФ в МИДе, где тот призвал дипломатов плотнее сотрудничать с Западом и поменьше думать об СНГ, символизировало откат от патриотической риторики докризисного Путина к риторике времен Горбачева. Но значит ли это, что при Медведеве изменилась сама суть внешней политики Кремля? Значит ли это, что с возвращением Владимира Путина она перестанет быть реактивной и олигархической? И что у Москвы, наконец, появится четкое осознание своих долгосрочных интересов?

Виктор Ядуха

источник:http://www.rosbalt.ru

Источник в Туркменистане подтвердили, что освобождение Атаева готовилось «еще в 2011 году», но власти решили это «приурочить» к завершению президентской избирательной кампании, в середине февраля 2012 года по итогам которой действующий лидер Гурбангулы Бердымухаммедов прошел на второй срок.

К моменту написания этой статьи внутри Туркменистана пока никто не видел и не встречался с бывшим политическим заключенным.

История заключения в тюрьму Овезгельды Атаева уходит корнями в предыдущую президентскую избирательную кампанию пятилетней давности. После внезапной кончины авторитарного лидера Сапармурада Ниязова в 2006 году Атаев, к тому времени уже почти три с половиной года занимавший место спикера, согласно Конституции должен был быть следующим по иерархии, временно исполняющим обязанности президента.

Однако на созванном в декабре 2006 года совместном экстренном совещании влиятельный Государственный совет безопасности и кабинет министров приняли решение, что Атаев не может занять эту должность, так как прокуратура к тому времени спешно возбудила против него уголовное дело. Как заявлял тогда бывший генпрокурор Мухамметгулы Огшуков, Атаев «злоупотреблял служебным положением и нарушал конституционные права граждан», а также, «имея личную межплеменную неприязнь, противился встречам и браку своего приёмного сына Максата и гражданки Оразсахедовой, которую фактически довёл до самоубийства» несколькими месяцами ранее.

22 декабря 2006 Атаев был смещён с поста председателя Межлиса, а уже в феврале 2007 года, после президентских выборов, был отправлен в тюрьму Ован-депе сроком на пять лет. Существующая практика коллективных наказаний затронула и его жену, которая также вместе с мужем была упрятана за решетку.

«Арест и осуждение Атаева открыли тогда дорогу Бердымухаммедову к президентству, – вспоминает политический обозреватель из Ашгабата. – Вспомните, 26 декабря 2006 года была созвана экстренная сессия [Межлиса], на которой кандидатура Бердымухаммедова тут же была одобрена в качестве временного лидера».

В декабре 2006 года на расширенном заседании Совета безопасности силовики инициировали изменение Конституции, дающее право исполняющему обязанности президента Бердымухаммедову официально баллотироваться на пост главы государства.

Спустя некоторое время на волне кадровых чисток и репрессий с политической арены исчезли многие свидетели, принимавшие участие в восхождении Бердымухаммедова на трон.

«Все это, как и арест Атаева, до сих пор вызывает много вопросов», – добавляет аналитик.

Данная статья была подготовлена в рамках проекта «Новостная сводка Центральной Азии», финансируемого фондом National Endowment for Democracy.

Как бы усердно ни старались представители туркменских властей уверить на заседании комитета остальной мир, что они заботятся о правах человека, выглядели их потуги неубедительно.

По оценке правозащитных организаций, Туркменистан является одним из наиболее репрессивных режимов в мире. Но при этом в своих двусторонних отношениях с этой страной западные государства, включая США, стараются принизить значение того, что в республике сложилась плачевная ситуация с соблюдением прав человека, главным образом из-за обширных запасов природного газа, которыми располагает Ашхабад, а также его стратегического месторасположения к северу от афганской границы.

Состоявшиеся 15-16 марта слушания комитета ООН представили редкую возможность послушать отчет туркменских должностных лиц о проделанной работе.

Формально Комитет по правам человека ООН заслушивал отчет Туркменистана о соблюдении им Международного пакта о гражданских и политических правах, к которому Ашхабад присоединился в 1997 году. Туркменские власти должны были представить соответствующий отчет еще в 1998 году, но так и не собрались сделать это вплоть до 2010 года. В июле прошлого года Комитет по правам человека ООН подготовил документ, в котором запрашивал разъяснения по 34 пунктам, касающимся соблюдения Ашхабадом означенного пакта. Прошедшие слушания стали завершающим этапом изучения ситуации по Туркменистану.

Как сообщила «Радио Свободная Европа/Радио Свобода» директор по Европе и Центральной Азии правозащитной организации Human Rights Watch Вероника Сценте Голдстон (Veronika Szente Goldston), выступления официальных представителей Туркменистана на слушаниях показали: Ашхабад «ушел в глухую несознанку» по поводу всего, что касается соблюдения основополагающих прав человека.

Президент Гурбангулы Бердымухамедов возглавляет жестокий авторитарный режим. Однако, как явствует из протокола заседания, в своем выступлении с докладом о соблюдении Туркменистаном прав человека, директор Национального института демократии и прав человека Яздурсун Гурбанназарова отметила, что Ашхабад добился «прогрессивных изменений».

«Народ [граждане Тукменистана] воспринимается как субъект, а не объект», – подчеркнула она.

Перед своим переизбранием на высший руководящий пост в феврале месяце на подтасованных, по широко распространенному мнению, выборах, президент Бердымухамедов выражал намерение провести либерализацию в стране. С момента своего прихода к власти в конце 2006 года он неоднократно делал подобные заявления, но ничего из обещанного так и не было реализовано на практике.

16 марта замминистра иностранных дел Туркменистана Вепа Хаджиев подчеркнул факт наличия дезинформации, оспорив выводы международных наблюдательных организаций, неизменно изображающих Ашхабад непримиримым врагом свободы слова. «Людям позволено собирать и распространять информацию [в Туркменистане]«, – заявил он на слушаниях ООН.

Члены комитета ООН определенно испытывали сомнения насчет достоверности заявлений Хаджиева и Гарбанназаровой. Один член комиссии обратил внимание на «резкий контраст» между тем, как характеризуют правозащитную ситуацию с соблюдением прав человека туркменские чиновники, и наблюдениями международных правозащитных организаций

источник:eurasianet.org

Источник :: CA-NEWS